Счастье — это теплый звездолет - Джеймс Типтри-младший

тому же им прекрасно известен уровень наших технологий. Примитивнейший! Нечего и надеяться развеять экран вовремя…

— Макс, ты что творишь? — Они пытались меня удержать.

— Мне нужно выбраться отсюда… Дайте мне чертов нож, я не могу развязать этот узел! Отпустите меня! Сестра! Где мои штаны?

В конце концов меня замотали, как мумию, перевезли в командный пункт Джорджа и ознакомили со всеми данными и слухами. Я изо всех сил напрягал мозг, но котелок упорно не хотел варить. Лучшие умы десяти государств бьются над решением. Какой выход я надеюсь найти? Часа через два бесплодных стараний вернулись решительно настроенные Тилли и Джордж.

— Даже в самом безвыходном положении можно что-то провернуть, — проскрежетал я. — Тилли, как насчет их мужчин?

— Что насчет их мужчин?

— Им нравится план?

— Не слишком.

— И что именно им не нравится?

— Любимые наложницы не хотят видеть в гареме новых девочек, — процитировала она и на мгновение поймала мой взгляд.

— Веселишься, детка? — ласково спросил я.

Она отвела глаза.

— Ладно. Мы нашли слабое звено. И как же мы это провернем за четверть миллиона миль? Как насчет этого Лейфа… Мавруа? — задумался я. — Кажется, он специалист по коммуникациям?

— Главный связист, — подтвердила Тилли и медленно добавила: — Иногда он дежурит один.

— Какой он? Ты с ним подружилась?

— Да, в некотором роде. Он… ну не знаю… вроде голубого, только не голубой.

Я смотрел ей в глаза.

— Но в данной ситуации ваши интересы совпадают? — напрямик спросил я.

Американские негры в Кении часто обнаруживают, что они в первую очередь американцы и лишь во вторую — негры, как бы с ними ни обходились в Ньюарке. Джорджу хватило ума притихнуть, хотя вряд ли он понимал, что происходит.

Она медленно откинула челку. Я видел, как гаснет огонек безумия в ее глазах.

— Да. Они… совпадают.

— Сможешь с ним потолковать?

— Да.

— Я к Гарри, — вскочил Джордж. Он снова был на коне. — Посмотрим, что можно смастерить за десять дней.

— Позвони в кампус. Я могу провести встречу. Только дай мне что-нибудь от горла, надоело хрипеть, как призрак жабы.

В то время у нас был отличный начальник. Он навестил меня. Разумеется, у нас были только зачатки плана, но у других и того не было, и к тому же у нас была Тилли. Шеф сказал, что мы спятили, и снабдил нас всем необходимым. Обходные каналы проложили к 15:00, за связь отвечала обсерватория Джодрелл-Бэнк.

На той неделе убывающая Луна проходила над Гринвичем перед рассветом, и Тилли удалось поговорить с Мавруа около полуночи по североамериканскому восточному времени. Он был один. Тилли хватило десятка фраз, чтобы получить от Мавруа принципиальное согласие. Они неплохо поладили. Я изучал его на мониторах. Тилли права, похож на гомика, но не гомик. Подтянутый, мускулистый, улыбчивый. Ничуть не женоподобный. Взгляд только какой-то потухший. Вряд ли он сможет нам помочь.

Разумеется, шеф первым делом подумал о саботаже.

— Глупо, — прошелестел я Джорджу. — Наложницы не станут взрывать гарем и себя заодно, только чтобы не пустить новых девочек. Они подождут и незаметно отравят новых девочек. Это нам ничего не даст.

— От исторических аналогий в последнее время тоже мало толку.

— Аналогии полезны, когда есть с чем сравнивать. Нам нужно найти новую точку отсчета. Капелланки разрушили нашу картину мира. Оказывается, мы потомки пришельцев, а не аборигены. К тому же они угрожают нашему патриархальному строю. Более крупные и властные женщины, которые обращаются с нашими мужчинами как с секс-рабами. Ходячие ночные кошмары… Ладно. Что у нас общего с капелланцами? Дай мне еще раз тот датский отчет.

Два роскошных датчанина по крайней мере смогли между оргиями собрать кое-какие биологические данные. Возможно, у них был большой опыт по этой части. Они подтвердили наличие у пришельцев полового диморфизма. Взрослые капелланцы одного роста с землянами и схожим образом оснащены, а вот женские особи проходят второй скачок развития и превращаются в великанш. Со всеми их особенностями, с которыми я имел неосторожность познакомиться. Более того, сколько-то тысячелетий назад начала распространяться мутация. Возможно, следствие войны? Неизвестно. Как бы то ни было, женщины, пораженные этой мутацией, перестали переживать второй скачок. Другими словами, они оставались одного с нами роста и могли размножаться в этой незрелой, с точки зрения капелланок, форме.

Матриархат пошатнулся, и капелланки решили проблему относительно гуманным образом. Они собрали всех носительниц мутантного гена и депортировали на отдаленные планеты, в том числе на Терру. Вот откуда взялась пометка на старой карте.

Наши гостьи занимались добычей руды практически на максимальном удалении от родной планеты и решили проведать полумифическую колонию. Прежде это никому не приходило в голову.

— Что известно об истории самих капелланок?

— Немного. Британец говорит, по их словам, они «всегда были такими».

— Мы думали о себе так же… пока не прилетели они.

Усталый взгляд Джорджа внезапно вспыхнул.

— Ты думаешь о том же, что и я?

— У нас есть Тилли. Мавруа, наверное, знает достаточно, чтобы обмануть индикаторы входного сигнала. Это должно быть несложно. Кто настолько же больше Тилли, насколько капелланки больше нас?

— Бобо! — вставила откуда-то из засады миссис Пибоди.

— Бобо — то, что надо, — согласился я. — Осталось обсудить сценарий…

— Макс, ты рехнулся! Один шанс к миллиону… — запротестовал Джордж.

— Один шанс лучше, чем ни одного. К тому же вероятность выше, чем ты думаешь. Когда-нибудь я расскажу тебе об иррациональных сексуальных фобиях. У меня есть уникальные данные. А пока что нужно обстряпать все идеально. Цена ошибки слишком велика. Ты снимаешь, я проверяю каждый миллиметр каждого кадра. Дважды.

Но я не смог. У меня подскочила температура, и меня отправили обратно на больничную койку. Время от времени заглядывала Тилли и рассказывала, что горы руды на Луне перестали расти, а экипаж усердно законопачивает трюм. Как дела у Джорджа? Отлично. Мавруа передал ключевые кадры. В моменты просветлений я понимал, что Джорджу ни к чему мои придирки. В конце концов, он неплохо набил руку на вечеринках с монгольскими яками.

Если бы эта история предназначалась для публикации, я бы поведал вам об этих драматичных девяти днях, о технических проблемах, которые нас одолевали, о человеческом факторе, который грозил все испортить. Например, о двадцати четырех часах, в течение которых начальники штабов настаивали на наблюдении за передачей по каналу, который генерировал бы эхо. Их специалисты утверждали, что эха не будет, но президент в конце концов поверил нашим и наложил вето. Или о переполохе примерно на пятый день, когда мы узнали, что французы разработали собственный план и пытались втайне потолковать с Мавруа, когда поблизости